Звезда оптимизации горит над российским АПК. Ее хотелось бы назвать звездой эффективности, но в сложившейся ситуации, когда рентабельность в секторе стабильно снижается, а число убыточных хозяйств, напротив, растет, говорить об эффективности сложно. Вызовы, стоящие перед сектором, за год практически не изменились — это и дорогие деньги из-за высокой ключевой ставки, и рост цен, который затрагивает все — от семян до ГСМ, и затоваривание, давящее на стоимость производимой продукции, и падение экспорта.

Финансовые подушки, накопленные еще в период, когда государство раздавало деньги довольно щедро — сначала для преодоления ковидного кризиса, потом для настраивания срочного импортозамещения, окончательно сдулись еще в прошлом году. По данным Росстата, общий убыток аграриев за три квартала текущего года вырос на 12,4%, до 129,6 млрд руб. Это в том числе объясняется и снижением экспорта, который за десять месяцев года упал на 10,3%. В этих условиях развиваться не получается, выходит только удерживаться на плаву, и то благодаря господдержке.

Самой эффективной помощью аграриям регулятор считает льготное кредитование, в общей сложности на субсидирование таких займов было направлено 250,1 млрд руб.

Это должно сохранить льготную процентную ставку по 48 тысячам ранее выданных кредитов и высвободить оборотные средства на производство. Но фактически деньги идут не на развитие АПК, а на финансирование банковских займов и слабо решают проблемы сектора.

Далека от оптимистичной ситуация с лизингом техники. Аграрии называют ее покупку роскошью — получить в собственность новый комбайн даже при льготных ставках можно в среднем за семь-десять лет, и все это время за него надо (и немало) платить тому же государству. Прогнозировать доходы да даже существование бизнеса на такой период мало у кого выходит — даже безотносительно стоимости техники, которая, по оценке главы Минсельхоза Оксаны Лут, за несколько лет подорожала на 70–80%.

В наступающем году денег на АПК станет меньше: в условиях дефицита бюджета расходы урезаются везде, где только возможно.

Коснется это и аграрного сектора, хотя его и называют одним из важнейших приоритетов для государства. Финансирование госпрограмм АПК снизится в 2026 году до 542 млрд (665 млрд руб. в 2025-м). В Минсельхозе заявляют, что обычно планируемая сумма господдержки ниже итоговой, но в 2026-м лишних денег у правительства может и не найтись.

Аграрный сектор фактически подсел на иглу господдержки и справиться с ситуацией самостоятельно вряд ли способен. Впрочем, власти уже намекнули бизнесу, что вливания в сектор если и не сократятся, то будут направлены самым эффективным компаниям, готовым самостоятельно решать проблемы. Так, профильный вице-премьер Дмитрий Патрушев уже сообщал, что каждый вложенный государством рубль должен сопровождаться частным.

Не способен исправить положение и рекордный урожай зерна (ориентировочно 137 млн тонн).

Из-за проблем с экспортом неясно, что с ним делать, и отчеты об очередном достижении выглядят скорее как способ заявить о громких победах, нежели как доказательство «здоровья» отрасли. Без ясной перспективы и роста доходов уже в 2026 году посевы пшеницы ждет сокращение — оно уже началось, а это уже ставит под вопрос достижение целей, поставленных перед АПК президентом.

Это и делает оптимизацию неизбежной как для отрасли, так и для регулятора — повсеместное сокращение расходов и повышение производительности труда. Именно под таким девизом будет проходить для аграриев 2026 год. Как минимум это означает продолжение консолидации в секторе: крупный бизнес станет приобретать все новые активы, а продажи наращивать за счет предложенных ему «дружественных» стран. Малый бизнес будет при этом постепенно закрываться. Это, впрочем, наверху понимают хорошо, поэтому рассматривают введение моратория на банкротство. Сам по себе мораторий без кардинальных изменений в экономике поможет мало и лишь отложит неизбежное. Предпосылок к таким изменениям пока не просматривается — обещанное снижение ставки ЦБ более чем компенсируется повышением НДС.

Единственным «рабочим» направлением остается технологическое развитие, на него власти делают ставку как на способ снизить издержки и возможность сообщить о больших перспективах. Регуляторы уже дали понять, что основными приоритетами будут внедрение инноваций, модернизация производственных мощностей и углубленная переработка сырья. Вероятно, в сложившихся обстоятельствах это то немногое, что сегодня реально можно делать — по крайней мере в этом есть хоть какая-то надежда на будущее.

Коммерсантъ